Помню о нём всегда

Мне и самой-то уже 92 года, а вот память не отпускает, всё подсказывает подробности того, как мы жили до войны, как померкло солнце над головами в войну, как работали, не жалея себя, лишь бы война эта ненавистная закончилась…

…Отца, Николая Тихоновича, призвали в армию в 1941 году, 25 августа. Службу проходил в Гороховецких лагерях, что во Владимирской области. В июле 1942 года отправили на фронт. Прислал нам последнее письмо-треугольник. Из него нельзя было узнать, где он, на каком фронте. А 29 сентября 1942 года маму вызвали в военкомат. Вручили похоронку. Скупыми словами в ней было написано, что Николай Тихонович Денежкин умер от тяжёлых ран 21 сентября 1942 года в госпитале Саратова. Похоронен в братской могиле.

И надо же такому случиться, что через неделю пришло от него письмо, которое он успел написать перед смертью. Написал подробно, будто знал, что не выживет.

Из письма мы узнали, что воевал Николай Тихонович под Сталинградом, был ранен в обе ноги. Лежал в полевом госпитале. Шли настолько ожесточённые бои, что переправить раненых было никак нельзя. Лил свинцовый дождь, кругом трупы, кровь, особенно на берегах рек. Неподалёку фашисты разбомбили полевой госпиталь, погибли все, кто там находился.

«Когда враг отступил, всех нас, раненых, перевязали и отправили в Саратов, в том числе и меня. Лежу без обеих ног. Температура держится 40 градусов и выше. Условия и уход здесь очень хорошие, но я не жилец. Очень жду вашего письма, возможно, оно меня ещё захватит в живых. Целую, ваш муж, отец».

В 1955 году летом мы с мамой ездили в Саратов. Но мест в гостинице не оказалось, потому как в то время там проходила областная конференция. Ситуация коренным образом изменилась, когда я рассказала, откуда мы и зачем приехали. К нашему счастью, нам нашли номер и устроили в нём. И что особенно удивило, не взяли за проживание ни рубля.

Поехали на братское кладбище. Там на каждой могиле были таблички с номерами и фамилиями. Неизвестные солдаты захоронены отдельно. Нет слов, чтобы описать, каково было на душе у меня и моей мамы, когда мы увидели могилу отца под номером 1192 с надписью «Денежкин Николай Тихонович. Дата рождения – 19 декабря 1900 г., дата смерти – 21 сентября 1942 г.».

…Могилы были ухожены, на них высажены цветы. Я взяла немного землички с могилы отца, привезла на родину, чтобы положить рядом с могилой брата. Он служил в армии три года в мирное время и пять лет воевал на фронте. Был тяжело контужен.

Из госпиталя его привезли 25 марта 1945 года к нам, в родной дом. Сопровождали его медсестра и солдат. Умер он от ран уже в мирное время, похоронен на Борковском кладбище.

После возвращения из Саратова я несколько лет подряд ко Дню Победы высылала в Саратов деньги на венок. И получала ответ вместе с квитанцией за его оплату. В 1965 году вновь поехала в Саратов, но уже одна. Увидела совсем иное. Все могилы были выровнены. Рядом высилось здание с залом Вечной славы. Зал очень торжественный и красивый. В нём – мемориальные плиты с именами погибших. Есть и плита, на которой высечена фамилия моего отца с датами рождения и смерти.

Много лет прошло, но в памяти эта жестокая война, унёсшая моего отца и погибших моих молодых двоюродных братьев. Один из них – майор Александр Фёдорович Пантелеев, участвовал в войне с финнами, вернулся с осколочными ранениями. Поступил в Высшую военную академию в Киеве. Чтобы подлечиться, лёг в госпиталь. Но 22 июня – «Киев бомбили, нам объявили, что началася война»… Госпиталь разбомбили. Погибли все. Брат похоронен в Киеве, где – не знаю. Второй брат, Алексей Александрович Макаров, погиб 5 мая 1945 года. Место его захоронения неизвестно.

Вот такая тяжёлая память о войне досталась нам, ныне живущим.

Татьяна Баранова. Фото из архива семьи Барановых и открытых интернет-источников