Он воевал всего несколько месяцев

После краткосрочных курсов сержант Фролков получил в своё подчинение отдельную маршевую роту. Сражался под Москвой, а затем их отправили на Ленинградский фронт. Ехали в эшелонах, в теплушках. Думали, куда именно едут, где будут воевать, далеко ли до передовой линии. Когда они уже подъезжали к месту, налетели «юнкерсы», стали бомбить эшелон на малой высоте. Солдаты ничем и никак не могли ответить на этот обстрел. В той бомбёжке погибло много людей. Те, кто чудом спасся, получили тяжёлые ранения. Василий – в левую стопу.

Обескровленного, его подобрали санитары. Отвезли в госпиталь г. Омутнинска, что в Кировской области. Стопу пришлось ампутировать. Так пролечился он по госпиталям по октябрь 1942 года. Военно-врачебной комиссией был признан негодным к военной службе и отправлен на дальнейшее лечение по месту жительства.

Обидно было стать инвалидом после боёв за Москву, и не успев повоевать под Ленинградом, оказаться в госпитале.

Но жизнь продолжалась. Василий Михайлович работал на мартене, затем слесарем, водителем. Никогда не жаловался на боль в ноге, одна жена знала, как стонет он по ночам. Рана не затягивалась, постоянно кровоточила. И только после того, как кто-то посоветовал приложить шкурку змеи, постепенно затянулась. В селе Василия уважали за доброту и незлобивость, умелые руки. Он был отличным столяром, мог смастерить не только тумбочку, но и добротный комод. Лудил самовары и паял кастрюли, делал деревянные рамки под фотографии. К зиме у него было много заказов на подшивку валенок. Лучше и аккуратнее его никто не мог подшить валенки – и детские, и для взрослых.

На пенсию вышел в 60 лет, а спустя год его не стало. Он оставил после себя трёх дочерей, светлую память и столярные изделия, которые в отдельных семьях села ещё служат верой и правдой.

Одна из его дочерей, Зинаида, вспоминая об отце, отметила его необычайное трудолюбие, аккуратность в любом деле и молчаливость.

О войне он никогда не рассказывал, отмахивался: «Да что я о ней знаю? Мне и воевать-то мало довелось… А вот поди ж ты – инвалид» – и опять надолго замолкал.

Елена Липатова. Фото из семейного архива Фролковых